Обычно ты проходишь все суды и сдаешь материалы, но в нашем случае документы были настолько убедительными, что их приняли сразу

Есть еще одно большое дело в "горячей" стадии, которому Ольга отдает силы сегодня, несмотря на тяжелую болезнь. Она занимается выборами. Вернее, занялась она ими еще в 2010 году. Когда заработала в штатном режиме система ГАС "Выборы", Ольга, решившись присмотреться к ней как специалист по информационным технологиям, сделала вывод: это система в определенном смысле "аналитическая", то есть она может рассчитать, какие цифры надо подставить, чтобы получить нужный результат. Ольга решила проверить, подтвердятся ли ее подозрения на практике, и с группой единомышленников пошла на выборы 4 декабря 2011 года.

– Мы честно работали членами УИК, собрали протоколы, нотариально их заверили. И то, что потом, заверенное двумя-тремя людьми, появилось в системе ГАС "Выборы", противоречило собранным нами протоколам. Мы подали иск в Европейский суд по правам человека. Он был принят 8 декабря 2011 года, на четвертый день после выборов, в несколько необычном варианте: нам разрешили постепенно дополнять наши материалы и сдавать судебные дела. Обычно ты проходишь все суды и сдаешь материалы, но в нашем случае документы были настолько убедительными, что их приняли сразу.

Ольга Андронова в Конституционном суде

Ольга и ее единомышленники также подали иск в Конституционный Суд, который был выигран. И после этого закон был изменен: гражданам предоставили право оспаривать результаты выборов в судах. Итоги судов, которые проводила "Справедливая Россия" в Петербурге по фальсификациям в отношении их кандидатов, были отправлены в ЕСПЧ.

В этом иске семь заявителей, часть из них шла как кандидаты от "Справедливой России", а часть – как члены УИКов, то есть заявители сами участвовали в подсчете голосов, и все фальсификации проходили у них на глазах. Жалоба была коммуницирована Европейским судом, но в этом деле что-то явно пошло не так:

– Проблема была в том, что Российской Федерации совершенно необоснованно давались отсрочки в предоставлении окончательного ответа в течение 16 месяцев! По статуту Европейского суда мы имеем право периодически знакомиться с материалами нашего дела. И два раза наших адвокатов туда для этого пускали. Потом я во время одной из поездок на химиотерапию по пути заехала туда – просто потому, что они долго нам не отвечали. И я обнаружила пропажу документов из дела.

Возможно, все эти проволочки и исчезновения материалов происходят оттого, что к нашему делу получают доступ заинтересованные люди

А вместо ожидавшегося ответа на адрес ЕСПЧ отчего-то были присланы персональные медицинские данные самой Ольги Андроновой. К теме обращения в ЕСПЧ по поводу выборов эти материалы не имеют никакого отношения. Хотя сам по себе прецедент тоже ставит вопросы о нарушении прав человека в России. Ольга свои медицинские бумаги очень ждала, потому что долгое время никак не могла получить их в России. Ей на родине отказали в лечении рака 4-й степени, поэтому она лечится в Германии. Российские медицинские документы нужны ей для того, чтобы получить медицинскую страховку за границей. Вообще-то результаты компьютерной томографии выдают практически сразу, но Ольга не могла добиться их получения четверо суток, а потом они почему-то были отосланы в ЕСПЧ. А вот часть документов, имеющих отношение к "выборному" делу, пропала.

– Пропажа документов из ЕСПЧ – это очень тяжелый прецедент. Мы повторно отдали недостающие документы, мне дали посмотреть дело и кое-что сфотографировать, и я обнаружила там совершенно фамильярную переписку между сотрудниками аппарата от Российской Федерации по поводу нашего дела. Были и замечания в наш адрес, которые меня возмутили. Возможно, все эти проволочки и исчезновения материалов происходят оттого, что к нашему делу получают доступ заинтересованные люди. Поэтому все, что мы предлагаем – перейти в общении на английский язык и просим, чтобы с нашим делом не работали граждане Российской Федерации.